Набат 1 книга читать

Written by -

У нас вы можете скачать книгу набат 1 книга читать в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Гуртовой Леонид Олегович, долгим родом из дворян, в недалеком прошлом проживал в Швейцарии, куда попал ребенком с родителями через Израиль, куда пригласили работать его отца. До выезда отец работал в Центральном банке, слыл умницей, но высоко не поднимался и был выпущен беспрепятственно. Слыл набожным и прагматичным. В Россию вернулся, едва Церковь возвысилась. Холост, порочащих связей не имеет, живет одиноко и неприметно. Глаза помощника навыкате, прикрытые крупными веками, дождались всех манипуляций, проследили каждую, и.

В зависимости от числа прихожан от двадцати до ста гектаров…. Перед тем как сделать распоряжение, президент задумался, делая вид, что вчитывается в послание патриарха. Церковь пошла на единение с самым своим врагом заклятым — партией коммунистов не от доброго желания помочь восстановлению былого величия России.

В последнее десятилетие с необычайной плодовитостью поганок в стране разрослись секты. Они весьма примитивно толковали учение Христа, делая большой нажим на повиновение главе секты. Новоявленных князей стало пруд пруди. Вступая в союз с коммунистами, отцы Православной церкви оговорили искоренение властями ядовитой поросли. Как правило, во главе сект стояли бывшие уголовники, авантюристы, люди с психическими отклонениями.

Коммунисты, придя к власти, не подвели, благо вместе с партбилетом каждый чиновник носил удостоверение христианина. Громили сектантов руками простого люда.

Те, в свою очередь, ответили актами террора. Простой люд искренне жалел сектантов: Думских болтунов со всеми их прихлебаями и секретутками ненавидели люто. Им в первую очередь приписывали все беды России, отчего сектанты становились национальными героями. Предотвращая новый виток сектантства, власти создали национальную дружину — что-то среднее между опричниной и отрядами штурмовиков.

Практически за год секты были разгромлены со всей жестокостью озлобленного быдла. Малое число ушло в подполье, не досаждая властям активностью. Церковь сделала партию своим возлюбленным чадом, и на президентских выборах победил кандидат от коммунистов. Помощник понял его без продолжения. Объединившись с христианскими демократами, коммунисты не оставили у прочих соискателей ни малейшей надежды на успех.

Церковь сулит блага в иной жизни, коммунисты — то же самое; Церковь призывает к терпению, коммунисты — тем более. Вот и объединился Христос с антихристом, вместе праздновали убедительную победу. Принят обеими палатами почти единогласно. Утром он выслушал доклад начальника службы спецконтроля, и картина сложилась удручающая: Особо опасным выглядит Арзамас-2, где происходит нечто, не поддающееся осмыслению: Контролеры отказываются приближаться к Зоне, погибло трое от непонятной лучевой болезни.

Приходится скрывать все это от иностранных экспертов, но долго ли…. Он взглянул на помощника, но так и не поймал ответного взгляда, тени усмешки не поймал. Глаза навыкате прикрывали крупные веки, а за ними — думаем одно, делаем другое. Светская власть приходит и уходит, Церковь вечна. Успешнее других святые отцы торят дорожку в Кремль с настырностью подвальных крыс. Патриарх вошел, степенно обрисовался в дверях во всем степенстве парадного облачения.

Президент заспешил к нему. В неурочный час вы посетили меня, грешного! Рука была сухой и отмытой, пахла просвиркой. Голос у патриарха был сочный и уверенный. Перекрестив президента, он двинулся прямо к его рабочему столу, будто хозяин. Прошу сюда, в этот уголок для мирской беседы. Вкусы патриарха в Кремле изучили отменно. Владыко лицом был кругл, видимо, и под одеждами не худ, не ущербен телом, осанист. Все пять разведок державы так и не могли сыскать изъянов под рясой патриарха и в его личном деле.

Сочный баритон убеждал окружающих принять все как есть на веру. Поблагодарив прежде за отошедшие к Церкви земли, патриарх одной фразой испросил величайшего разрешения объявить двухтысячный год годом Христа-спасителя, ибо зачиналась эра ликования православных и посрамления антихриста. Симбиоз Христа и антихриста, плюс и минус бытия лучше всяких демократических изысков влили ток по-слушания в безликую массу народа. Стала масса управляемой, стадом рабов Божьих.

Вот даст МВФ обещанный кредит в миллиард долларов на передел средств массовой информации, тогда посмотрим, кто у нас ум, честь и совесть эпохи. Провожая владыку до двери, президент соображал, что еще выпросит у него святейший хитрюга, и, когда патриарх остановился неожиданно, президент не поднял глаза выше святейшей груди. Сама же просьба в конце встречи не могла быть неподъемной: Вот особенной могла быть просьба — то так. Но не в том печаль: Патриарх и виду не подал.

Мало ли кто и в какие одежки рядится. Пусть ряженые помогают Церкви, в святая святых вход им заказан, и не они подлинные хозяева. Помощник повел святейшую особу дальше от президентского кабинета, а президент, не откладывая дела в долгий ящик, вызвал дежурного генерала разведки. С недавних пор высшие представители одной из пяти служб дежурили в Кремле. Трудно сказать, кому повезло, но вошел генерал-майор Судских, шеф Управления стратегических исследований.

Судских был из интеллигентов, пришедших в органы в пору горбачевских переделок, и остался там после всех перетрусок и реорганизаций благодаря умению четко выстраивать логический ход событий и опережать их. Это умение немало способствовало усилению коммунистов в Думе, а затем и приходу их к власти, хотя Судских не числился в идейных сподвижниках партии, не был даже ее членом. Рафинированный аналитик, незапятнанный, без комплексов и пороков, с правильным ударением в словах и приятной дикцией, с фигурой человека, не забывшего о сохранении плоти, он не нравился президенту.

Однако выбирать не приходилось: От них, бывших обкомовских секретарей, от гэбэшных полковников, пошла поросль моральных уродов, которые шустро растащили все, что не успели профукать их отцы. И слава Богу, что подобные генералу Судских красиво делают свое дело, сиречь дело партии. Он старался излагать просьбу сухо, без заигрываний. В нашей картотеке есть данные о нем, помню: После провала на выборах в Думу оставил политику.

Мы соответственно продолжали наблюдение. Через два года он выехал в Израиль, не сменив гражданства, но спустя год неожиданно вернулся. По некоторым причинам, что нас заинтересовало вновь. Триф дважды попадал в транспортную аварию, трижды его квартиру грабили. Мы полагали, что эти события имеют отношение к прошлому Трифа, когда он активно занимался коммерцией. В штате фирмы было три человека, включая самого Трифа, скудная прибыль и никаких левых дел.

Триф относился к той породе коммерсантов, кто ждал от государства нормальных отношений и умеренного налогообложения. Он не дождался и ушел в политику. Поставил не на тех и разочаровался в политике. Кстати, на других он бы и не ставил. В монахи Триф подался с год назад после второй аварии, но не прижился, выходит, и там. Не думаю, что Церковь имеет к нему материальные претензии.

Он не украдет, не поскандалит — дело в другом…. В генеральской форме не рисуется, хотя дороговата шкурка, может укусить, и без такого лиса мыши медведю пятки погрызут. Это было фундаментальное исследование истоков христианства и роли в нем иудея из Назарета. Сославшись на древние рукописи, Триф доказал, что как такового Христа не существовало — всего лишь легенда, какой снабжают разведчика.

Да, родился младенец у плотника, который вскоре скончался. А его метрики понадобились позже для проповедника. Не случайно первоисточники вскользь и путано описывают отрочество Иисуса.

Судя по документам, он уже тогда был на заметке органов. Потом, правда, диплом с кафедры исчез, и никто не сделал копии. Тогда это было трудным делом.

Замах был большой, но Тендряков не рискнул воссоздать истинную картину. Ближайшие друзья заклинали автора не публиковать его. Интересовала же президента позиция Судских: Ход мыслей генерала его устраивал, а чтобы их позиции сблизились, он уточнил:.

Литература — это не узкопрофильная работа. Ползет туман по Унтер-ден-Линден. Шевелятся над головами прохожих голые ветви. Черные глаза его смотрят прямо перед собой. Но вряд ли они видят темные осклизлые стены громоздких домов, фигуры редких прохожих, липкие панели. Жалкие слова, кто-то когда-то их сказал.

Но кажется, мысль не закончена. Сотни тысяч, миллионы умерли в окопах Западного фронта, там, за Рейном, на полях Фландрии, Шампани, на фортах Вердена. Но какое ему дело до погибших немцев, англичан, французов. Подохли — и пусть… Уж не для них ли разверзлись небеса? Палестины… Четыре года войны. Четыре года крови, смерти. Десятки тысяч, сотни тысяч соотечественников-турок гниют там в степях, в горах, и гиены растаскивают их кости. Нет, турки исполнили завет пророка, они сражались с неверными.

Они, газии, вкушают блаженство и наслаждение в объятиях гурий в мусульманском раю. Не потому ли, что ложью погнал он их воевать, не потому ли, что жизни их принесены в жертву его честолюбию….

Синее небо, короткие фиолетовые тени, желтые знойные пески, зелень финиковых пальм видят напряженно вглядывающиеся в прошлое, недавнее прошлое, глаза. Бесконечные шеренги солдат в полинялом хаки, шагающие навстречу огню, пулям, смерти. Скорее к зеркальной полоске Суэцкого канала! Скорее к снежным вершинам Кавказа! Скорее… к немеркнущему сиянию славы великой империи османов, его империи.

Скорее, скорее к порогу смерти. Чудовище войны, взнузданное им, ничем не примечательным салоникским офицериком, ползло по горам, через реки, по тучным полям, сметало селения, душило миллионы жизней, пробивало горные хребты, давилось кровью и… издохло.